You must enable JavaScript to view this site.
This site uses cookies. By continuing to browse the site you are agreeing to our use of cookies. Review our legal notice and privacy policy for more details.
Close
Homepage > Regions / Countries > Asia > South Asia > Afghanistan > Afghanistan: Exit vs Engagement

Афганистан: вывод войск или продолжение боевых действий.

Брифинг N°115 Азия

КРАТКИЙ ОБЗОР

Начало десятого года кампании США в Афганистане отмечено повышенной активностью политиков в Вашингтоне, изыскивающих способы прекращения военных операций и вывода войск. Официально пересмотр военно-политической стратегии запланирован на декабрь, но основные параметры изменений ясны уже сегодня: во-первых, американские войска приложат все усилия для максимального давления на "Талибан" с целью склонить его представителей к согласию на ведение переговоров, во-вторых, ответственность за обеспечение безопасности будет прогрессивно возлагаться на афганские вооружённые силы и, в третьих, будет увеличен объём средств, выделяемых на экономическое развитие. На Лиссабонском саммите партнёрами по НАТО была согласована процедура постепенного вывода войск, имеющая целью передачу, к концу 2014 года, полного контроля и ответственности за обеспечение безопасности представителям афганских структур. В самых общих чертах замысел состоит в том, чтобы - в контексте неумолимо отворачивающегося от сторонников продолжающихся военных действий общественного мнения — не потеряв, по мере возможности, достоинства и не запятнав, посильно, репутации и чести мундира, вывести из страны войска, обеспечив при этом, как минимум, такой уровень управляемости и структурированности афганских государственных институтов, который мог бы гарантировать, что Афганистан, после вывода войск коалиции, не превратится в международный террористический центр. Заметим, что статистические инструменты, используемые для оценки успешности военных операций — число ликвидированных или взятых в плен боевиков — не могут считаться адекватными для описания сложной динамичной ситуации и шире - служить доказательством того, что военные действия способствовали благоприятному развороту тренда в рамках борьбы с талибами или укреплению стабильности в стране в целом. Заявления о достигнутых успехах не соответствует фактам на местах.

Представители американской армии спешат объявить об успехах, достигнутых на территориях, прилегающих к Кандагару — новейшей арене активных боевых действий, осуществляемых Международными силами содействия безопасности (ИСАФ). Президент Хамид Карзай заявляет о создании "Высокого совета мира", задачей которого является проведение переговоров с повстанцами. Разработан план действий по увеличению интенсивности боевой подготовки армии и полиции Афганистана. Ожидается, что представители США и ИСАФ уже через несколько месяцев огласят обширный список районов, готовых к передаче полномочий. Иначе говоря, вырисовывается завлекательная картина триумфальной противоповстанческой кампании.

По мере активизации боевых действий сделалось очевидным превосходство талибов над Силами национальной безопасности Афганистана (ANSF). Потери среди афганских военнослужащих, сил ИСАФ и гражданского населения резко возросли. В стране отсутствует сбалансированная и согласованная стратегия обеспечения национальной безопасности. Вооружённые силы и полиция Афганистана характеризуются опасно высоким уровнем фрагментации и политизированности. Со своей стороны, повстанцы компенсируют значительные боевые потери свежим притоком новобранцев из пограничных районов Пакистана - от провинции Хайбер-Пантухва и Территорий племён федерального административного управления (FATA) до Белуджистана — равным образом служащие тыловой базой для перегруппировки, реорганизации и перевооружения (при поддержке и активном участии представителей Аль-Каиды, пакистанских джихадистских группировок и вооружённых сил Пакистана). Наличие тыловой базы на территории соседнего государства есть значительное стратегическое преимущество, позволившее, в конечном итоге, повстанческому движению охватить практически все регионы Афганистана. Вопреки заявлениям США о переломе тренда, на сегодняшний день можно с уверенностью говорить о том, что десятки районов контролируются талибами.

Спустя почти десятилетие после начала военной операции США, Афганистан представляет собой сложную иерархическую систему взаимозависимых феодов, упрощённую схему которой можно представить следующим образом: повстанцами контролируются параллельные органы правосудия и безопасности во многих (по некоторым оценкам - в большинстве) сельских районах, а клептократическими элитами Кабула контролируются основные коррупционные механизмы и доступ к международным контрактам на национальном уровне. Исчисляемые миллиардами долларов объёмы международной помощи, поступившие в Афганистан в течение последних десяти лет, в значительной мере способствовали упрочнению связей между коррумпированными членами афганского правительства с одной стороны и полевыми командирами (как представителями повстанцев, так и представителями криминальных структур) — с другой. Существование таких параллельных экономических структур в значительной мере повышает вероятность искажения сигналов рынка, в результате чего нередко складываются условия, в которых до чрезвычайности сложно отличить признак успеха и стабильности от предвестника неизбежного краха. Корни вышеперечисленных проблем несомненно следует искать в пренебрежении процедурами государственного управления, общей анемичности правовой системы и имманентной неразвитости принципов правового государства. Усилия, предпринятые для развития и культивирования политических институтов, местного самоуправления и эффективной судебной системы, были очевидно недостаточными, в результате чего представители повстанцев и криминальные элементы, вписанные в структуру политических элит страны, волей-неволей заполнили вакуум, оставленный слабым афганским государством.

Немалая часть вины за такое положение дел лежит на администрациях президентов Джорджа Уокера Буша и Барака Обамы. Необходимо признать, что с самого начала проводимая в Афганистане политика была принципиально несостоятельной: стратегия, согласно которой путь к успеху лежит через отбор наиболее коррумпированных и жестоких представителей чужого государства, с последующим щедрым наделением последних значительными суммами живых денег и обещанием дополнительных средств в будущем, назначение этих индивидов на руководящие должности, едва ли может служить залогом стабильности, а тем паче - эффективности государственного строительства.

Вашингтону так и не удалось разработать последовательную афганскую политику. Вполне обоснованным было бы утверждение, что Афганистан никогда не значился среди стратегических приоритетов Белого дома, косвенным подтверждением чему является переключение ресурсов и внимания с Афганистана на Ирак почти сразу же после освобождения Кабула от вооружённых сил движения "Талибан". Разномыслие между военным (Пентагон) и гражданским (посольство США в Кабуле) руководством США в вопросах стратегического планирования, проявившееся на более поздних стадиях кампании — а недавно проиллюстрированное отставкой генерала Стэнли МакКристала — явилось как проекция более ранних явлений: несогласованность стратегий и неслаженность действий США и их союзников по НАТО, ставшая очевидной в самом начале интервенции. С другой стороны, чиновники, используя общие затраты — в отличие от реальных результатов - как меру эффективности конкретных проектов, получали возможность рапортовать об иллюзорных успехах, а разработка общей стратегии велась в высшей степени бессистемно и очевидно исходя из принципа, что если многократно пробовать дурную идею, то она из дурной сделается хорошей. Так, были разработаны, приняты, отменены и снова приняты планы по реинтеграции представителей движения "Талибан" и созданию местного ополчения — в отсутствие каких бы то ни было положительных результатов. Аналогичным образом, попытки примирения свелись к переговорам о переговорах.

Конкретная работа по формированию дееспособной полиции и вооружённых сил началась только в 2008 году. Несмотря на неоскудевающие обещания восстановить принципы правового государства и охрану правопорядка, лишь недавно были предприняты меры по созданию рудиментарной судебной системы. Со своей стороны, международное сообщество долгое время оказывалось признать связь между обеспечением стабильности и обеспечением функционирования системы правосудия, вопреки очевидному в течение длительного времени факту: хищническое поведение представителей официальных властей есть основной фактор поддержки населением представителей повстанческих движений.

Вышеперечисленные проблемы склонили многих к мысли о том, что оптимальным решением был бы вывод войск. К сожалению, поспешный уход международного контингента не сможет изменить положение афганского населения и не сможет разрешить вполне конкретных региональных и глобальных проблем в сфере безопасности, явящихся следствием распадом афганского государства. Нет сомнений в том, что, лишившееся внешней поддержки правительство Карзая не сможет удержаться у власти, талибы получат контроль над большинством территорий страны, а обострившийся внутриполитический конфликт повысит вероятность возвращения к разрушительной гражданской войне, опустошившей Афганистан в 1990-е годы. Даже частичные успехи движения "Талибан" неминуемо транслируются в обеспечение убежища и предоставление помощи пакистанским джихадистским группировкам, что, в свою очередь может привести к активизации боевых действий в Пакистане и интенсификации атак, направленных против Индии. Следующим шагом станет повышение уровня поддержки соседних государств спонсируемым ими вооружённым группам и политическим движениям, вкупе с увеличением военных и финансовых ресурсов, направляемых на военные действия. По мере расширения конфликта, роста числа беженцев, активизации джихадистов и обострения прочих, неизбежно сопутствующих вышеописанному сценарию проблем, контролировать сложившуюся ситуацию точечными ударами с беспилотных летательных аппаратов будет весьма затруднительно.

Данный доклад полагает своей целью напомнить политическим деятелям о сложных проблемах, сохраняющихся в Афганистане. Любой план, не включающий решение проблемы распада государственной власти в столице, обречён на неудачу. Президент Хамид Карзай, утратив былую популярность и легитимность, вместе с ними утратил способность гарантировать исполнение политических соглашений. Вынося за скобки риторику примирения, необходимо констатировать, что, с одной стороны, сегодня президент не имеет возможности самостоятельно выступать в качестве гаранта интересов афганского государства, а с другой - в нынешнем политическом контексте переговоры с повстанцами не имеют серьёзных шансов на успех. Ключевыми факторами в борьбе с повстанческим движением и создании условий для политического урегулирования являются в первую очередь обеспечение безопасности, правосудия и надлежащего государственного управления, что, как неоднократно отмечала в своих докладах МКГ, потребует долгосрочной и кропотливой работы.

Кабул/Брюссель, 28 ноября 2010 г.

 
This page in:
English
русский

More Information