You must enable JavaScript to view this site.
This site uses cookies. By continuing to browse the site you are agreeing to our use of cookies. Review our legal notice and privacy policy for more details.
Close
Homepage > Regions / Countries > Europe > North Caucasus > The North Caucasus: The Challenges of Integration (II), Islam, the Insurgency and Counter-Insurgency

Северный Кавказ: сложности интеграции (II), Исламский фактор, вооруженное подполье и борьба с ним

Europe Report N°221 19 Oct 2012

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Вооруженный конфликт на Северном Кавказе – самый кровопролитный в современной Европе. Подполье, стремящееся установить в регионе политическое образование, основанное на шариате (исламском праве), совершает нападения на государственных чиновников и силовиков. До недавнего времени ответные действия властей ограничивались преимущественно жесткими силовыми мерами, направленными на уничтожение подполья и осуществляемыми за счет присутствия значительного силового контингента в регионе, что оставляло мало возможностей для диалога. И хотя такой подход обеспечил некоторый успех, уже за первые девять месяцев 2012 г. погибли как минимум 574 человека – боевики, силовики и гражданские лица, вооруженные столкновения в регионе происходят практически ежедневно, а теракты случаются даже в Москве. Несмотря на начало диалога с умеренными салафитами и попытки вернуть к мирной жизни сдавшихся боевиков, особенно в Дагестане, им препятствуют как противники мягких мер среди силовиков, так и вооруженное подполье. Глубинные причины насилия кроются в межэтнических и внутриконфессиональных противоречиях, неэффективности государственных институтов и недостаточной интеграции региона в состав России. Для того чтобы усилия по разрешению конфликта увенчались успехом, Россия должна выработать и реализовать долгосрочную комплексную стратегию, включающую продуманную национальную политику, содействие внутриконфессиональному диалогу, укрепление государственных институтов и адаптацию бывших членов вооруженного подполья.

После распада Советского Союза в регионе неуклонно растет влияние исламского фундаментализма, в основном салафитского толка. Особенности развития этого течения в отдельных республиках зависели, главным образом, от отношения правительства и силовых структур к консервативным мусульманским общинам, исторической роли религии и этнического состава населения, связей с конфликтом в Чечне и идеологией местных религиозных лидеров. Исламизация заметнее и глубже на востоке, хотя численность и влияние салафитских общин растет и на западе. На востоке острый конфликт между салафитами и приверженцами традиционного ислама, главным образом суфиями, пользующимися поддержкой государства, способствует радикализации салафитов. Большинство салафитов остаются мирными, но их интеграция в социально-экономическое пространство своих республик затруднена. С весны 2011 г. в Дагестане были предприняты попытки преодоления внутриконфессионального раскола путем гражданского диалога и укрепления сотрудничества между религиозными группами. Продолжение этого процесса оказалось под угрозой в августе 2012 г., когда террористка-смерт­ница убила самого влиятельного на Северном Кавказе суфийского шейха Саида Афанди Чиркейского.

В 2007 г., с образованием «Имарата Кавказ», вооруженное подполье, ответственное за большинство вооруженных столкновений и терактов, не дающих покоя местным жителям, провозгласило себя единой силой с общими целями, методами осуществления операций, коммуникациями, кадрами и источниками финансирования, разрозненные группы боевиков были объединены под центральным командованием. Значительная часть лидеров, стоявших у истоков подполья, уже уничтожена силовыми структурами, им на смену пришли более молодые, менее опытные и менее сплоченные командиры. Они уже в меньшей степени способны устраивать масштабные, демонстративные теракты или вести продолжительные боевые действия против силовых структур, однако пока не отказались от тактики проведения терактов в других регионах России, в особенности на транспорте, как это было в аэропорту Домодедово в 2011 г. и в московском метро в 2010 г. Подавляющее большинство нападений на Северном Кавказе сегодня нацелено на сотрудников силовых структур, представителей региональной власти и официальное духовенство и осуществляется с помощью огнестрельного оружия, самодельных взрывных устройств, а иногда террористами-смертниками.

Борьба с вооруженным подпольем осуществляется главным образом силами МВД и ФСБ, которые делают основной упор на силовые меры. Силовикам предоставлены достаточно широкие возможности для маневра: включая объявление обширной территории зоной проведения контртеррористической операции, где временно ограничены многие гражданские права и свободы. До недавнего времени предполагаемых боевиков, как правило, убивали или задерживали в ходе спецопераций. Для получения информации или признательных показаний в интересах следствия широко применяются пытки, жертвами насильственных исчезновений становятся не только предполагаемые боевики, но и их вероятные пособники или имеющие значительное влияние исламисты, а в отношении членов их семей в некоторых республиках проводятся карательные операции. Такие жесткие меры не могут убедить радикально настроенную часть населения лояльно относиться к российской власти. Напротив, они побуждают новое поколение разочарованной молодежи «уходить в лес», т.е. присоединяться к вооруженному подполью, в поисках возмездия или иного, более справедливого политического устройства.

Многие в российском правительстве осознают ограниченность стратегии борьбы с вооруженным подпольем, которая предполагает исключительно применение жестких силовых методов и уделяет минимальное внимание действиям по завоеванию сердец и умов местного населения. В Дагестане местные власти выбрали другой подход, предполагающий диалог и бóльшую терпимость к умеренным салафитам, а также переговоры с целью убедить боевиков сложить оружие и вернуться к мирной жизни. Аналогичный подход в Ингушетии способствовал существенному улучшению ситуации с 2009 г. Чеченские власти тоже не ограничиваются лишь жесткими силовыми методами, но используют совершенно иной подход, насаждая суфийский ислам, при этом искореняя салафитскую идеологию и применяя крайне жесткие меры против предполагаемых боевиков, а зачастую и против их пособников.

Этот, второй, доклад нового проекта Международной кризисной группы по Северному Кавказу анализирует исламский фактор: рост фундаментализма, радикализацию части общин, вооруженное подполье и борьбу государства с ним. Этот доклад составляет единое целое с первым докладом, который публикуется одновременно с ним и в котором анализируются этнические и национальные группы в регионе, их претензии и разногласия, в том числе более подробно рассматривается чеченский конфликт. Следующий, третий, доклад будет посвящен государственной региональной политике, качеству государственного управления и развитию местной экономики, а также будет содержать рекомендации.

Москва/Стамбул/Брюссель, 19 октября 2012 г.

 
This page in:
English
русский