Arrow Down Arrow Left Arrow Right Arrow Up Camera icon set icon set Ellipsis icon set Facebook Favorite Globe Hamburger List Mail Map Marker Map Microphone Minus PDF Play Print RSS Search Share Trash Crisiswatch Alerts and Trends Box - 1080/761 Copy Twitter Video Camera Youtube
Над Нагорным Карабахом сгущаются тучи войны
Над Нагорным Карабахом сгущаются тучи войны
«Бархатная революция» в неизвестность
«Бархатная революция» в неизвестность
Table of Contents
  1. Appendix A
Servicemen of Talish military unit attend Sunday service at Gandzasar monastery in May 2017. The Talish unit suffered heavy casualties in the April 2016 escalation and since then has been one of the main hotspots along the Line of Contact. CRISISGROUP/Olesya Vartanyan

Над Нагорным Карабахом сгущаются тучи войны

Армения и Азербайджан вновь оказались перед угрозой столкновения, которая усиливается нарастающей активностью вдоль линий фронта в самом Нагорном Карабахе и вокруг него. Посредникам – России, Франции и США – следует призвать Ереван и Баку смягчить воинственную риторику, согласиться на возобновление переговоров и предпринять шаги к мирному урегулированию.

Краткое содержание

Спустя год после апрельской эскалации 2016 года, армянская и азербайджанская стороны впервые со времени подписания Соглашения о прекращения огня 1994 года оказались столь близки к перспективе возобновления войны. Политические причины и угрозы безопасности, которые привели к обострению ситуации в 2016 году, не только не исчезли, но еще более усугубились. Представители обоих сторон конфликта заявляют о том, что новая волна эскалации уже началась и продолжает развиваться. С середины января 2017 года в зоне конфликта с переменной интенсивностью происходят регулярные перестрелки с применением артиллерии и противотанковых пушек. В мае число инцидентов значительно увеличилось, в том числе с применением самонаводящихся ракет, а также ракетных снарядов вблизи густонаселенных гражданских поселений у линии разделения – крайне милитаризированной территории, которая разделяет армянскую и азербайджанскую стороны после заключения Соглашения о прекращении огня 1994 года. В условиях зашедшего в тупик процесса урегулирования конфликта, силовое решение вопроса начинает казаться привлекательной перспективой, по крайней мере на тот случай, если основной целью будет получение дополнительных тактических преимуществ в зоне конфликта. Оба противника, заручившись поддержкой своих обществ, открыто заявляют о готовности вступить в вооруженную конфронтацию. Нарастающее напряжение может перерасти в более крупное по масштабам столкновение с неминуемыми серьезными потерями среди гражданского населения, что может поднять вопрос о необходимости внешней интервенции для приостановления кровопролития.

Сложившаяся ситуация – последствие упущенных возможностей. Апрельские события 2016 года, унесшие жизни как минимум 200 человек и спровоцировавшие волну воинственных настроений, могли дать толчок и открыть новые возможности в процессе урегулирования конфликта под руководством Минской группы Организации по Безопасности и Сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), сопредседателями которой являются США, Россия и Франция. Однако обе встречи президентов Армении и Азербайджана в мае и июне 2016 года не принесли ощутимых результатов. Более того, с конца лета 2016 года ситуация периодически обострялась с десятками потерь среди военных с обеих сторон. Призывам к возобновлению переговоров главы государств предпочитают поездки на фронт и воинственные заявления на публику.

События, последовавшие после апрельской эскалацией, продемонстрировали всю слабость переговорных процессов по урегулированию конфликта. С одном стороны Армения, обеспокоенная безопасностью Нагорного Карабаха, и еще более раздраженная растущей самоуверенностью Баку, настаивает на необходимости снизить угрозы безопасности в зоне конфликта прежде чем приступать к содержательному обсуждению более обширного плана мирного урегулирования. Азербайджан недоволен затянувшимся состоянием статусом-кво и опасается того, что внедрение предложенных после апрельского столкновения дополнительных мер по обеспечению безопасности может лишь еще более укрепить сложившуюся ситуацию в зоне конфликта. Соответственно, Баку настаивает на безотлагательном проведении именно содержательных переговоров вокруг мирного плана. В ходе встреч в мае и июне 2016 года оба президента дали принципиальное согласие на усиление миссии мониторинга и внедрение механизма по расследованию инцидентов, что в идее должно было бы привести к снижению напряженности в зоне конфликта; параллельно с этим они обязались приступить к содержательным переговорам для решения основных вопросов в процессе урегулирования конфликта. Хотя темы, затрагиваемые в мирном плане, и не обсуждались на публике, среди точно есть три вопроса: о передаче некоторых подконтрольных Армении территорий в зоне конфликта под непосредственное управление Азербайджана, о статусе остальной части спорных территорий с армянским населением, а также вопрос о механизме обеспечения безопасности в зоне конфликта в целом. На сегодняшний день эти начинания, -включая идею об усилении миссии мониторинга в зоне конфликта, внедрении механизма расследования, а также начале содержательных переговоров вокруг мирного плана, – все они остаются нереализованными.

Лидеры Армении и Азербайджана относятся друг к другу с глубоким недоверием, что мешает им понять и признать интересы друг друга. Действенных каналов коммуникации нет не только между президентами, но и их правительствами и полевыми командирами в зоне конфликта. В результате на фоне такой тупиковой ситуации любое столкновение местного уровня способно выйти из-под контроля и перерасти в нечто большей. Это особенно опасно, если учитывать, что общества по обе стороны линии фронта разделяют убежденность в необратимости нового конфликта и необходимости «окончательного решения» карабахской проблемы, даже если это будет означать начало новой войны.

Основные элементы любого содержательного мирного плана хорошо известны – это различные вариации формулы «земля в обмен на статус» с внедрением надежных международных гарантий безопасности. Такой подход требует взаимных уступок, на которые, похоже, в данный момент не готова пойти ни одна из сторон. Как раз наоборот, с апреля 2016 года позиции каждой из них лишь ужесточились. Баку более настойчиво подчеркивает правовые основания своих претензий, требуя от международного сообщества признать факт аннексии азербайджанских территорий и призывая западное сообщество ввести санкции в отношении Армении; Азербайджан также пытается ограничить контакты иностранных граждан с Нагорным Карабахом, вводя ограничения на экономическую деятельность и на въезд в этот регион. В то же время Баку применяет все более серьезную военную силу для оказания давления на противника, на что армянская сторона готова ответить тем же. На фоне растущей угрозы безопасности Армения не только не выказывала интереса к тому, чтобы вывести переговоры из тупика, но и объявила о начале новой программы «нация-армия», которая обещает лишь только усилить военную риторику и милитаризацию общества. Ко всему этому, де-факто руководство Нагорного Карабаха заявляет о своей готовности в случае атаки противника продвинуться вглубь густонаселенных территорий с азербайджанским населением около линии разделения, чтобы создать новый «пояс безопасности» и упрочить свои позиции в будущих переговорах.

Пока напряженность в зоне конфликта продолжает расти, международное посредничество продолжает прибывать в стагнации. Россия по-прежнему остается наиболее влиятельным из зарубежных игроков в карабахском конфликте, однако ее роль далеко неоднозначна. Россия – «первая среди равных» в Минской группе ОБСЕ. При этом она является основным поставщиком оружия в Азербайджан и Армению, и обе стороны высказывают подозрения, что Россия заинтересована скорее в расширении своего влияния в регионе, чем в разрешении конфликта. Только когда ей в одиночку не удается добиться выполнения поставленной задачи, Россия готова разделить ответственность с другими сопредседателями Минской группы – Францией и США. При этом Париж и Вашингтон по большей части все еще заняты своими внутриполитическими делами. В добавок ко всему этому, в Баку и Ереване высказывают недоверие не только к России и Минской группе, но и в целом ко всей международной системе.

В свете нарастающей угрозы конфронтации, посредникам следует в первую очередь добиться восстановления регулярной и действенной коммуникации между лидерами Армении и Азербайджана. Им следует настоять на том, чтобы Ереван и Баку смягчили свои закостеневшие за 23 года позиции и сбавили военную риторику, подпитывающую воинственные настроения в обществах. Они должны более конкретно объяснить общественности какой риск несет в себе перспектива эскалация конфликта и к каким последствиям она может привести. Посредникам следует подтолкнуть Ереван и Баку к безотлагательной реализации мер восстановления доверия и безопасности – увеличение числа наблюдателей ОБСЕ в зоне конфликта и создание механизма расследования инцидентов под руководством ОБСЕ, – которые позволят существенно повысить ответственность каждой из сторон за происходящее в зоне конфликта. Посредникам также следует призвать установить регулярные контакты между полевыми командирами вдоль линии фронта. Параллельно с этим, Армения и Азербайджан должны начать содержательные переговоры по спорным вопросам, в том числе о перспективе возвращения под прямое управление Баку той части территории конфликтной зоны, которая прилегает к границам бывшей Автономной Области Нагорного Карабаха, о статусе самого Нагарного Карабаха, о международных гарантиях безопасности, а также о судьбе временно перемещенных лиц.

Работа в этом направлении подразумевает отказ России, США и Франции от взаимных разногласий и их готовность действовать в унисон для преодоления недоверия со стороны Баку и Еревана. Особая ответственность в этом вопросе возлагается на Россию с учетом ее особой роли в посредничестве и имеющихся у обеих сторон подозрений по поводу тех мотивов, которые преследует Москва. Так, чтобы развеять сомнения относительно возможности присутствия российских миротворцев в зоне конфликта, Москва могла бы предложить всем членам Минской группы ОБСЕ обсудить возможность размещения там многонациональных миротворческих сил. Россия также могла бы обнародовать дополнительную информацию о контрактах по продаже оружия Армении и Азербайджану.

При поддержке руководства своих стран, три сопредседателя должны настоять на том, чтобы Ереван и Баку пересмотрели свои позиции. Сделать это будет нелегко. В США и Франция совсем недавно произошли серьезные политические изменения, а серьезные подозрения по поводу намерений России сохраняются не только в Баку и Ереване, но и в других странах. Но в нынешнем случае с Карабахом дипломатический паралич слишком опасен, а время, необходимое для результативного дипломатического вмешательства, уже почти на исходе.

Ереван/Баку/Степанакерт/Брюссель/Вена, 1 июня 2017 года

People celebrate after Armenian Prime Minister Serzh Sarksyan resigned following almost two weeks of mass street protests, in central Yerevan, Armenia, on 23 April 2018. REUTERS/Vahram Baghdasaryan/Photolure

«Бархатная революция» в неизвестность

Massive street protests have brought down Armenia’s long-serving leader Serzh Sargsyan. Meanwhile, tensions persist in the unresolved conflict with Azerbaijan over Nagorno-Karabakh. Both Armenia’s new leadership and Azerbaijan must pay attention to avoid triggering a new conflagration along that territory’s volatile front lines.

Когда в начале апреля 2018 года оппозиционный депутат парламента Никол Пашинян повел первых протестующих из северных районов Армении в Ереван против Сержа Саргсяна, который слишком долго оставался у власти – никто тогда не предполагал, что это начало перехода Армении в новую, непривычную жизнь.

Пашинян – один из очень немногих оппозиционных депутатов в стране, и он никогда не был особенно популярным. Его поддерживали те, кто уже противостоял Саргсяну, хотя многие и признавали , что Пашинян говорит о реальных проблемах в стране. И все же когда он начинал свой марш протеста, это бывший журналист и публицист считался в Армении маргинальной фигурой.

Все изменилось, когда Пашинян и его сторонники прибыли в Ереван. Они начали протестную акцию в центре города, которую вначале поддерживали немногие. Но очень скоро эта акция спровоцировала огромный политический протест в Армении, где и так все время сохраняется непростая ситуация из-за нерешенного конфликта с Азербайджаном вокруг Нагорного Карабаха.

Многотысячные демонстрации, которые заставили Саргсяна уйти с поста премьер-министра, сегодня называют “бархатной революцией”. Но вряд ли можно сказать, что все уже позади.

Olesya Vartanyan on Political Upheaval in Armenia BBC Radio 4

Неожиданная революция

Всего лишь две недели назад мало кто в Ереване мог предположить, что в стране скоро произойдет революция. И в начале в протестах участвовали около двадцати молодых людей, которые собирались в центре города по вечерам с баннерами и мегафонами.

Они поддерживали разные политические движения, но все требовали, чтобы Саргсян выполнил свое обещание не номинировать свою кандидатуру на пост премьер-министра после окончания своего второго (и последнего возможного) срока на посту президента страны.

Никто не думал, что Саргсян решит выполнить требования протестующих. Он 10 лет руководил страной и твердо контролировал систему, в которой сплелись политические цели и экономические интересы олигархов. Немало известных оппозиционных политиков тоже стали частью этой системы.

Многие в Армении тогда говорили о том, что общество пребывает в глубокой апатии. Один высокопоставленный чиновник в разговоре со мной сравнил ситуацию с «брежневской эпохой». Жители Армении устали от Саргсяна, но мало у кого была надежда на то, что он может уйти.

Толчком стали события 16 апреля. Полиция попыталась разогнать небольшую группу мирных протестантов на одной из центральных улиц столицы, в том числе, кто прибыл с Пашиняном.

Фотографии с разбитыми носами, слезоточивым газом и рядами полицейских моментально разлетелись по социальным сетям и заполнили все зарубежные издания.

Несмотря на это, парламент избрал Сержа Саргсяна в премьер-министры.

Thousands of protesters poured into the centre of the capital ... a level of mobilisation not seen since the national liberation movement thirty years ago.

Зачинатели движения объявили акции неповиновения. Студенты массово выходили на улицы по всей стране. Они блокировали автомобильное движение на центральных проспектах Еревана, а также двери поездов в метро и другой общественный транспорт. К тем, кто стоял на улицах, присоединились массы простых людей, которые в заранее оговоренный час из окон своих домов били в кастрюли и сковородки и сигналили в машинах.

Поведение властей лишь подогревало протесты. В некоторых городах Армении к родителям местных молодых протестантов стали приходить силовики для “разъяснительных бесед”. В Ереване аресты лидеров и простых демонстрантов сопровождались угрозами о силовом разгоне демонстраций. Саргсян напомнил о событиях 2008 года, когда во время столкновений между протестующими и полицией погибли десять человек.

В итоге в центр столицы направились тысячи людей. 22 апреля на главной площади города стояли больше 100,000 человек. Такого в Ереване не видели 30 лет – со времен национально-освободительного движения в Армении. 

На следующий день - 23 апреля - в своем публичном заявлении об отставке Саргсян признался, что ошибался в своих представлениях о сложившейся ситуации в стране. Он стал первым пост-советским лидером, который не только уступил власть после мирных уличных протестов, но еще и публично признал свои ошибки и потерю связи со своими согражданами.

“Шахматный стратег”

В руководство Армении Саргсяна привела война в Нагорном Карабахе с Азербайджаном, которая с тех самых пор остается знаковым событием в истории Армении со времен возвращения ею независимости после развала Советского Союза.

Саргсян сам родом из Карабаха и в годы войны был среди руководителей обеспечения тыла во время кровопролитных столкновений 1992-94 годов. В конце улицы на окраине Степанакерта до сих пор стоит его скромный двухэтажный родительский дом с ухоженным двориком и верандой.

Армянские военные силы победили в войне, и местные азербайджанцы покинули территорию Нагорного Карабаха и еще семи прилегающих районов Азербайджана.

Война завершилась подписанием соглашения о прекращении огня в 1994 году. Но стороны так и не достигли соглашения о мире.

Саргсян отправился в Ереван, где вскоре возглавил одно из силовых ведомств Армении. Так началось его движение вверх. Кульминацией стало избрание в лидеры страны в 2008 году.  

Sargsyan strengthened his hold on power, striking deals with major political players and businessmen inside the country.

10 лет президентства Саргсяна пришлись на тяжелые годы глобального экономического кризиса и усилившегося давления со стороны России на ее непосредственных соседей. Конфликт вокруг Карабаха стал причиной того, что границы Армении с Азербайджаном и Турцией оставались закрытыми, что сделало Армению более зависимой от России.

Азербайджан максимально использовал “нефтяные” деньги, чтобы модернизировать и усилить свои военные силы. Армения пыталась делать то же самое – и становилась еще более зависимой от России, ее оружия и финансовой поддержки. При этом Россия продавала оружие обеим странам – и Армении и Азербайджану.

Позиции сторон в итоге становились все более жесткими с течением времени.

В это время Саргсян стал усиливать свою вертикаль власти, заключая сделки с крупными политическими игроками и бизнесменами внутри страны. “Он построил пирамиду и никто не мог ничего сделать с этим”, сказал мне еще в 2016 году один из противников Саргсяна в Ереване.

Журналисты прозвали его «шахматным стратегом» за его способность договариваться с оппонентами и за его страсть к шахматам.

Но президент, которому к тому времени уже исполнилось 60 лет, выглядел в последние годы уставшим. Члены его партии говорили, что он резко сократил контакты даже с самыми приближенными людьми и стал редко общаться с журналистами.

Репортеры жаловались, что во время поездок в регионы их допускают на место съемок только после того, как Саргсян покинет место. «Видимо, чтобы вдруг не спросили лишнего», - предполагал один из них.

Что дальше?

После отставки Саргсяна все политические силы в Армении переходят в режим подготовки к ожидаемым парламентским выборам. Они, скорее всего, приведут к существенным изменениям в составе руководства страны – учитывая ту агрессию, которую показало население в отношении Саргсяна.

Но в Армении нет сколь-нибудь организованной оппозиции, чтобы заменить прежних руководителей.

Пашинян, который теперь является одной из самых популярных фигур в Армении, скорее всего, сделает попытку стать новым премьер-министром. В день, когда Саргсян ушел с этого поста, Пашинян призывал своих сторонников продолжить протесты против остающихся во власти представителей партии Саргсяна.

Но трудно сказать, какие идеи есть у Пашиняна касательно различных важных вопросов, в том числе по вопросу Карабаха. Его обещания построить “новую Армению” звучат энергично, но не слишком убедительно.

The coming weeks and months may see several forces jostling for power in a small country with weak institutions and a history of personalised policymaking.

На первой пресс-конференции после отставки Сержа Саргсяна он сказал, что не собирается давать обещаний об изменении внешнеполитического курса Армении. Он также сказал, что готов сражаться за интересы Армении и Нагорного Карабаха.

Еще Никол Пашинян говорил о необходимости сотрудничества с чиновниками, находящимися сейчас во власти, в особенности с теми, кто находится в “среднем звене” – но только при условии, если они покинут партию Саргсяна.

Если Пашинян станет лидером Армении, он скорее всего начнет расследования по фактам коррупции во властных структурах. “Но мы не собираемся никому мстить”, - сказал он журналистам.

Впереди недели и месяцы, когда несколько различных политических сил будут бороться за власть в Армении – стране со слабыми государственными институтами и привычкой к правлению одного человека. А в это время ситуация в Нагорном Карабахе очень нестабильная.

Несколько недель назад де-факто руководство этого региона сообщило местным представителям властей и парламентариям об ожидании скорой дестабилизации ситуации на линии контакта – крайне милитаризированной зоне, разделяющей армянские и азербайджанские войска.

В конце прошлой неделе Армения распространила видео кадры с передвижением азербайджанской тяжелой военной техники на южном направлении линии фронта. Азербайджан опроверг эти сведения, а со-председатели Минской группы – единственной международной структуре посредников – призвали стороны уважать условия соглашения о перемирии “в такое деликатное время”.

Последняя по времени конфронтация случилась здесь в апреле 2016 года, и она была самой тяжелой с 1994 года. С обеих сторон погибли более 200 человек, в основном военные.

С тех пор обе стороны наращивали свои боевые возможности, что в итоге привело к большей возможности военного решения конфликта. В случае возобновления столкновений, жертв может быть значительно больше, в первую очередь среди гражданского населения.

С азербайджанской стороны в 15-километровой зоне вдоль линии соприкосновения проживают около 300 тысяч человек. Все армянские населенные пункты в Карабахе, где живут 150 тысяч человек, находятся в зоне досягаемости азербайджанских ракет.

Именно сейчас, даже до того, как станет ясно, кто возглавит Армению, обе стороны должны отнестись с вниманием к призыву ОБСЕ сохранять спокойствие.

Военным командирам в Армении стоит прекратить разговоры о “предваряющей атаке” против азербайджанских позиций, что популярно у них со времени обострения в 2016 году. Если такое произойдет – это приведет к большой эскалации конфликта и огромным жертвам среди мирного населения.

В Азербайджане политикам тоже стоит прекратить привычные призывы к войне. Идея о том, что политическая нестабильность в Армении это военная возможность для Азербайджана – это иллюзия. Любая военная агрессия сразу объединит общество в Армении и последствием станут масштабным столкновения.

Эффективной превентивной мерой могло бы стать налаживание постоянной коммуникации между военными с обеих сторон. Как только в Армении сформируется новое руководство, стороны могли бы перейти к эффективным переговорам – после трех лет тупика в мирном процессе.

Appendix A

Map of South Caucasus Mike Shand/International Crisis Group 2016