Центральная Азия: Последний шанс для перемен?
Центральная Азия: Последний шанс для перемен?
Table of Contents
  1. Overview
War & Peace: Police, Protests & Populism in Central Asia
War & Peace: Police, Protests & Populism in Central Asia

Центральная Азия: Последний шанс для перемен?

Ежегодная встреча Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР), открывающаяся 3 мая 2003 года, дает возможность для честной и беспристрастной оценки деятельности правительств Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. Если эта возможность будет использована для продвижения вперед реформ более согласованным и слаженным образом, спорное решение провести эту встречу в Ташкенте окажется вполне оправданным.

  • Share
  • Save
  • Print
  • Download PDF Full Report

ОБЗОР

Ежегодная встреча Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР), открывающаяся 3 мая 2003 года, дает возможность для честной и беспристрастной оценки деятельности правительств Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. Если эта возможность будет использована для продвижения вперед реформ более согласованным и слаженным образом, спорное решение провести эту встречу в Ташкенте окажется вполне оправданным. В противном случае, и если выбор места проведения встречи будет воспринят как знак одобрения нынешней политики Узбекистана, существует серьезная опасность дальнейшего ухудшения как экономического климата, так и безопасности в Центральной Азии.

Для проведения ежегодной встречи крупной международной финансовой организации, приверженной принципам демократии и открытой экономики, выбор Узбекистана представляется тем более сложным.[fn]В отличие от большинства международных финансовых институтов, программа ЕБРР носит намеренно политический характер: "содействие переходу к открытой рыночной экономике и развитию частного предпринимательства в ... странах, приверженных принципам многопартийной демократии, плюрализма и рыночной экономики." Устав Европейского банка реконструкции и развития. Источник: www.ebrd.org. См. там же, "Политические аспекты мандата Европейского банка реконструкции и развития".Hide Footnote По данным Фонда "Наследие" [Heritage Foundation] и газеты Уолл Стрит Джорнал [Wall Street Journal], с точки зрения экономической свободы, Узбекистан находится на 149 месте из 156 стран: положение хуже, чем в Бирме, хотя и несколько лучше, чем на Кубе. По шкале политических свобод и гражданских прав Дома Свободы страна названа "несвободной", набрав 6,5 из 7 баллов (Ирак при Саддаме Хусейне получил 7 баллов, как и Туркменистан).

Вместо движения к демократии и открытой экономике, как произошло во многих странах Центральной Европы, в Центральной Азии стал формироваться иной тип политической и экономической системы, скорее напоминающий авторитарный феодализм, чем демократию, и экономика этих стран осталась в целом закрытой для свободной конкуренции и зачастую искаженной государственным вмешательством и коррупцией.

Реальность этих систем редко признается международным сообществом, которое слишком часто принимает высказывания правительств о демократизации и свободе за чистую монету. Проблема не только в отсутствии политической воли к проведению реформ, но во многих случаях – в активных политических мерах, противодействующих реформе, скрывающихся за фасадом прозападной риторики для сохранения притока кредитов и грантов. Встреча ЕБРР должна стать платформой для более честной оценки деятельности правительств и предоставить международному сообществу возможность выработать более согласованный и слаженный подход в деле продвижения вперед процесса реформ.

Центральноазиатские государства могут казаться относительно стабильными на первый взгляд, но эта стабильность являет собой опасно хрупкий внешний лоск, за которым скрывается целый ряд нерешенных противоречий. На карту поставлено не только экономическое благополучие Центральной Азии, но ее политическая стабильность и возможность волнений в будущем, которые имели бы огромное воздействие на весь регион.

Все государства региона сталкиваются с огромными трудностями:

  • Плохо работающая экономика, не способная повысить уровень жизни после распада СССР;
     
  • Большая экономическая зависимость от одного-двух экспортных товаров, что увеличивает риск экономических потрясений, коррупции и гражданского конфликта[fn]Пол Колье, "Рынок для гражданской войны", Внешняя политика, май/июнь 2002 г. [Paul Collier, “The Market for Civil War”, Foreign Policy May/June 2002]. Колье, глава группы Всемирного банка, занимающейся исследованием развития, показывает, что страны с бедной экономикой, претерпевающей спад, зависящие от природных ресурсов и не способные проводить реальные экономические реформы больше подвержены риску конфликта. Этот риск увеличивается, если в этих странах уже имел место гражданский конфликт или широкомасштабное насилие, или если эти страны расположены в горной местности.Hide Footnote ;
     
  • Непредставительные политические структуры с ограниченными механизмами передачи власти;
     
  • Неспособность наладить действующие региональное сотрудничество по ряду ключевых вопросов, от охраны границ и безопасности до торговли и распределения водных ресурсов;
     
  • Неспособность противостоять росту экстремистских политических и религиозных групп;
     
  • Организованная преступность, в особенности связанная с переправкой наркотиков из Афганистана;
     
  • Молодое и быстро растущее население, имеющее ограниченные перспективы образования, трудоустройства и здравоохранения;
     
  • Сложная международная обстановка, когда крупные державы борются за установление своего влияния в регионе.

Настал хороший момент для того, чтобы по новому оценить проблемы и перспективы Центральной Азии. Именно такую возможность дает встреча ЕБРР, однако следует реально взглянуть на истинные проблемы, стоящие перед пятью государствами, и предложить практические решения, способные изменить положение.

ЕБРР предложил для обсуждения на встрече ряд широких тем, касающихся:

  • политической воли как необходимого элемента улучшения инвестиционного климата;
     
  • ответственности бизнеса и влияния иностранных инвестиций на обычных людей;
     
  • препятствий торговле и региональному сотрудничеству;
     
  • разногласий по поводу водных ресурсов между странами Центральной Азии;
     
  • поддержки малого бизнеса как двигателя экономического роста.[fn]См. программу ежегодной встречи на сайте www.ebrd.org/am.Hide Footnote

В данном докладе представлен обзор этих проблем и предлагаются пути для того, чтобы требование перемен со стороны таких организаций, как ЕБРР могло превратиться в реальные реформы.

Ош/Брюссель, 29 апреля 2003 г.

I. Overview

The Annual Meeting of the European Bank for Reconstruction and Development (EBRD) commencing on 3 May 2003 is an opportunity to assess frankly and honestly the records of the governments of Kazakhstan, Kyrgyzstan, Tajikistan, Turkmenistan and Uzbekistan. If the chance is grasped to push for reform in a more coordinated and concerted way, the controversial decision to hold this meeting in Tashkent will prove well justified. If it is not, and any impression is left that the location of the meeting is a mark of approval for Uzbekistan’s current policies, there is a major risk of further deterioration in both the economic and security climate in Central Asia.

Uzbekistan was certainly a difficult choice for the annual meeting of a major international financial organisation committed to democratic principles and open economies.[fn]Unlike most international financial institutions, the EBRD has a specifically political agenda: “to foster the transition towards open market-oriented economies and to promote private and entrepreneurial initiative in … countries committed to and applying the principles of multiparty democracy, pluralism and market economics.” Charter of the European Bank for Reconstruction and Development, available at www.ebrd.org. See also on the same site, “Political Aspects of the Mandate of the European Bank for Reconstruction and Development”.Hide Footnote  According to the Heritage Foundation and the Wall Street Journal, it ranks 149th out of 156 countries in terms of economic freedom, worse than Burma, although slightly better than Cuba. In Freedom House’s rankings of political freedoms and civil rights, it is termed “not free”, with a ranking of 6.5 out of 7 (Saddam Hussein’s Iraq scored 7, as did Turkmenistan).

Instead of enjoying the transition to democracy and open economies as experienced in much of Central Europe, in Uzbekistan as elsewhere in Central Asia a different type of political and economic system has begun to emerge, closer to authoritarian feudalism than democracy. Economies have remained largely closed to free competition and frequently distorted by government intervention and corruption.

The reality of these systems is seldom recognised by the international community, which has too often taken government rhetoric about democratisation and reform at face value. The problem is not just a lack of political will to pursue reforms, but in many cases active political actions in opposition to reform, while retaining a façade of pro-Western rhetoric to maintain the flow of credits and grants.

Central Asian states can sometimes appear to be relatively stable on the surface, but this stability is a dangerously thin veneer over a host of unresolved tensions. The issue at stake is not merely the economic prosperity of Central Asia, but its political stability and the potential for future unrest that would have a huge impact on the wider region.

All the states of the region face tremendous challenges:

  • poorly performing economies that have failed to lift living standards since the end of the Soviet Union;
     
  • heavy reliance on one or two export commodities for economic survival, increasing the risk of economic shocks, corruption and civil conflict;[fn]Paul Collier, “The Market for Civil War”, Foreign Policy May/June 2003. Collier, the head of the World Bank Development Research Group, argues that countries with poor and declining economies, a reliance on natural resources and a failure to enact real economic reforms are most at risk of conflict. He suggests that the chances increase when the countries have already suffered civil conflict or high levels of violence – or are mountainous.Hide Footnote
     
  • unrepresentative and rigid political structures, with limited mechanisms for the transfer of power;
     
  • failure to develop working regional cooperation on a range of key issues, from border management and security to trade and water distribution;
     
  • vulnerability to the growth of extremist political and religious groups;
     
  • organised crime, particularly linked to narcotics transit from Afghanistan;
     
  • young and rapidly growing populations with limited prospects for education, work and health; and
     
  • a complex international environment, with major states competing for influence in the region.

Now is a good time to reassess the problems and prospects of Central Asia. The EBRD meeting offers just such a chance but it needs to take a realistic view of the real problems that the five states face and offer practical solutions that will make a difference.

The EBRD has set out some broad themes for discussion at the meeting, addressing:

  • political will as a vital element in improving the investment climate;
     
  • responsible business and the impact of foreign investment on ordinary people;
     
  • obstacles to trade and regional cooperation;
     
  • water disputes among Central Asian states; and
     
  • nurturing small business as an engine of economic growth.[fn]See the program of the Annual Meeting, at www.ebd.org /am.Hide Footnote

This briefing provides an overview of the issues and suggests some ways in which the pressure for change from organisations such as the EBRD could turn into real reform.

Osh/Brussels, 29 April 2003

Podcast / Europe & Central Asia

War & Peace: Police, Protests & Populism in Central Asia

This week on War & Peace, post-Soviet security expert Dr Erica Marat joins Olga Oliker and Hugh Pope to discuss the drivers of anti-establishment protests and the policing thereof across Central Asia and globally. 

S2 Episode 12: Police, Protests & Populism in Central Asia

Central Asia is no exception to the protests that have emerged with renewed vigour on a global scale, a phenomenon made more visible against the backdrop of COVID-19 restrictions. 

Although the grievances driving them are context-specific, deep socio-political divisions and populist leaders are recurring themes, says Dr Erica Marat. A professor at the U.S. National Defense University and a post-Soviet security expert, she joins Olga and Hugh to discuss what connections can be drawn between collective action and protest-policing dynamics spanning the U.S., Ukraine and Kyrgyzstan. 

Central Asian regimes bear the legacy of the Soviet era, and yet even the most autocratic among them are in constant adaptation, borrowing tactics from around the world to survive. Protest movements are evolving in the same way. Erica shares her findings about these trends, explaining the rise of ‘uncivil’ society, who the so-called “Kyrgyz Trump” is, and why Kazakhstan is a repatriation model for ISIS-affiliated citizens. 

Click here to listen on Apple Podcasts or Spotify.

For more information:

Explore Crisis Group’s regional analysis on our Central Asia page 

Erica Marat, The Politics of Police Reform: Society against the State in Post-Soviet Countries, Oxford University Press

Subscribe to Crisis Group’s Email Updates

Receive the best source of conflict analysis right in your inbox.