Internet Censorship in Uzbekistan
Internet Censorship in Uzbekistan

Internet Censorship in Uzbekistan

Первый Диалог гражданского общества по правам человека  "Либерализация средств массовой информации: важный компонент демократизации общества", Европейский союз – Узбекистан, 2-3 октября 2008 г., Ташкент, Узбекистан.

Независимые СМИ в Узбекистане отсутствуют. Повсеместно распространена цензура, в том числе самоцензура из боязни последствий публикации или передачи в эфире чего-то такого, что не пришлось бы по вкусу режиму. Всякий знает, что самая ужасная участь уготована тем, кто осмеливается пересекать всем известные границы. Например, тем, кто публикует информацию об использовании государством принудительного труда миллионов детей для ежегодного сбора хлопка, о систематическом применении пыток службами безопасности, или о бойне в Андижане в мае 2005 г., когда войсками были убиты сотни жителей во время  разгона митинга в этом городе на востоке страны.

Об этом запрещено говорить, авторы статей и передач на эти темы, а также те, кто подвергает  любой критике президента Ислама Каримова, подвергаются жестоким репрессиям. С журналистами, которые осмеливались критиковать режим, поступали как с представителями оппозиции или правозащитниками. Одних заключали в тюрьму, пытали и уничтожали. Другие были вынуждены эмигрировать перед лицом жестоких угроз.

Подход режима к Интернету ни в чем не отличается от его подхода к телевидению, радио и газетам. Он в высшей степени параноидален в том что касается свободы СМИ и предпринимает  всевозможные меры для подавления свободы электронного слова, путем угроз и репрессий по отношению к журналистам и активистам, пытающимся работать в стране, и блокирования многих сайтов, действующих за рубежом.

В 1990-х гг., во многих посткоммунистических государствах с большим энтузиазмом отнеслись к появлению Интернета . В таких странах как Чешская республика, Эстония, Венгрия, Польша и Словения быстро появились конкурентоспособные сферы электронных СМИ, свободная пресса, богатый и яркий мир электронных публикаций, формирующих в настоящее время в этих странах неотъемлемую часть публичных дискуссий. В России также сформировался относительно здоровый и влиятельный новый сектор СМИ, хотя возможно и не столь свободный и открытый, как у некоторых соседей.

Узбекистан, напротив, предпринял только несколько мелких шажков в направлении либерализации Интернета. В конце 1990-х гг. и начале этого века были образованы несколько государственных структур по развитию информационных технологий, и некоторые правительственные чиновники выезжали за рубеж, чтобы узнать о них поподробней. К сожалению, складывается впечатление, что власти хотели побольше узнать о новых технологиях лишь для их подавления. На примере Узбекистана сегодня можно представить, как поступили бы с электронными СМИ в Советском Союзе, если бы эта империя дожила  до появления Интернета: диссиденты внутри страны беспощадно преследовались бы, а проникновение информации извне - блокировалось.

Подавление в стране электронной свободы слова

Запугать журналистов и других людей, защищающих в стране свободу слова, довольно просто. Неважно, публикуются ли они на бумаге или в Интернете. Если властям известен их адрес, то у них мало выбора. Показательно то, что  недавно произошло с несколькими журналистами.

Этнический узбек, Алишер Саипов, работал  в Кыргызстане журналистом и редактором. Он сотрудничал с Радио Свободная Европа/ Радио Свобода, "Голосом Америки", а также сайтом uznews.net, ведущим свою деятельность из-за рубежа. Саипов был также известен  тем, что начал выпускать газету на узбекском языке под названием Сиесат (Политика), и своими связями с партией Эрк ("Свобода"), - ведущей оппозиционной партией, представители которой находятся в эмиграции. Он активно критиковал власти Узбекистана и был непримиримым противником президента Каримова. Особенно это проявилось во время последней президентской кампании, когда вместе с Каримовым в них участвовали только кандидаты, открыто его поддерживающие. Почти год назад, 24 октября 2007 г. он был застрелен неустановленным преступником на оживленной улице Оша. Его убийство последовало приблизительно через месяц после того, как в популярной передаче телевидения Наманганской области он был назван "пособником подрывных сил, стремящихся нарушить мир и спокойствие в Узбекистане".

Имеются многочисленные весомые свидетельства того, что Саипов был устранен силами безопасности Узбекистана. Если дело обстоит именно так, то структуры безопасности, играющие ключевую роль в сохранении у власти президента Ислама Каримова, проявляют растущую готовность подавить всякую усматриваемую ими угрозу, даже, если это потребует нанесения упреждающих ударов на территории другого государства. Это можно рассматривать не только как признак жестокости режима, но также и его ослабления.

Тревожно, но только несколько месяцев назад тот же самый канал телевидения Наманганский области сурово раскритиковал несколько журналистов, сотрудничающих с РСЕ.

Салиджон Абдурахманов – это журналист- правозащитник, который был корреспондентом независимого сайта uznews.net, а также внештатным сотрудником РСЕ/РС, "Голоса Америки" и IWPR. В июне этого года полиция арестовала его в городе Нукусе, расположенном на западе страны, по сфабрикованному обвинению во владении наркотиками. В его доме был произведен обыск, его компьютер изъят, а полиция, как сообщалось, обнаружила литературу оппозиционной партии Эрк. После того, как медэкспертиза показала, что он не употреблял наркотиков, власти поменяли обвинение на продажу наркотиков, что грозит лишением свободы на 20 лет. Организация Эмнисти Интернэшнл назвала Абдурахманова узником совести, " арестованным исключительно за свою правозащитную деятельность и осуществление своего права на свободу слова", и потребовала его немедленного и безоговорочного освобождения.

Джамшид Каримов, журналист, был корреспондентом двух зарубежных новостных сайтов: Института освещения войны и мира (www.iwpr.net) и Ferghana.ru. После публикации ряда статей на сайте Ferghana.ru о коррупции в местной администрации и тяжелом положении дехкан в Джизакской области в 2005 г., давление на него стало усиливаться, и в октябре 2006 г. он был, в конечном итоге, помещен в психиатрическую лечебницу. Каримов, племянник президента, никогда не арестовывался, против него не выдвигалось каких-либо обвинений. Врачи Каримова заявили, что он - "достаточно уравновешенный человек, вполне здоровый, интеллигентный и образованный". Считается, что применение в  этой больнице психотропных препаратов против его воли нанесло серьезный ущерб его здоровью. В Советском Союзе заключение диссидентов в психиатрические лечебницы было обычным явлением.

Конечно, электронные журналисты – это лишь  часть преследуемых за защиту свободы слова в Узбекистане. Даже поэты не могут считать себя в безопасности. Юсуф Джума, например, посмел открыто выразить недовольство режимом Каримова во время незначительной по масштабам акции протеста в Бухаре в декабре прошлого года, из-за чего 55-летний поэт и члены его семьи были арестованы и подверглись систематическим пыткам.  В апреле 2008 г., за вывешивание лозунгов с требованием отставки Каримова он был приговорен к пяти годам лишения свободы по обвинению в физическом насилии,  "оскорблении и оказании сопротивления представителям власти".

Не нужно сайта, чтобы тебя арестовали за стремление к свободе слова в Узбекистане. Достаточно нескольких плакатов.

Блокирование внешнего мира

Возможно, наиболее всеобъемлющим исследованием ограничения доступа к Интернету государственными структурами Узбекистана  стал доклад OpenNet Initiative, опубликованный  9 мая 2007 г.. Это совместный доклад, подготовленный  в результате совместных усилий четырех ведущих высших учебных заведений, среди которых Ситизен Лаб Центра международных исследований Мунка Университета Торонто; Беркман Центр изучения Интернета и Общества Гарвардской школы права; Группа по исследованию Интернета при Программе безопасности Кембриджа, Кембриджский Университет; и Оксфордский Институт Интернета, Оксфордский университет.

В этом исчерпывающем докладе проведен анализ ограничения государством доступа к внешним сайтам по нескольким категориям. Было выявлено, что ведется существенная фильтрация политического контента. То есть информации, выражающей взгляды, противоречащие взглядам нынешнего режима, или связанной с правозащитной тематикой, соблюдением свободы слова, прав меньшинств и религиозных движений. В докладе отмечена также выборочная фильтрация социальной информации (контент, либо представляющий угрозу безопасности, либо считающийся опасным) и инструменты Интернета (сайты, которые обеспечивают электронную почту, хостинг, поиск, перевод, интернет-телефонию и электронные методы обхода цензуры).

Интересно, что до примерно 2002 г. имелось немного свидетельств того, чтобы власти активно блокировали внешние сайты, кроме некоторых порнографических сайтов. Но уже была создана система для фильтрации различных сайтов.

Ее характеристики стали известны уже 2001 г. после опубликования доклада о развитии Интернета в Узбекистане,  подготовленного Всемирным банком и Центром экономических исследований (совместная инициатива правительства Узбекистана и ПРООН). В стране насчитывалось 44 интернет-провайдера, но лишь у одного имелось право  легального подключения пользователей к международной сети Интернета. Согласно постановлению N 52 Кабинета Министров от 1999 г. исключительное право   связи с международным Интернетом предоставлялась единственной компании: Предприятию по развитию и эксплуатации государственной сети передачи данных "УзПАК". Все подключения Интернета к внешнему миру из Узбекистана должны были обеспечиваться через УзПАК.

Власти даже не пытались скрыть причины создания такой монополии. Предоставив преференциальные условия одному оператору связи, они, с одной стороны, рассчитывали способствовать развитию информационных технологий. С другой стороны, власти откровенно заявили, что такое решение упростит их задачу фильтрации информации и контроля за ее потоками. Они преднамеренно создавали горловину для потока внешней информации, чтобы у них была возможность перекрывать к ней доступ, когда это потребуется.

Хотя этот механизм был запущен не сразу, его возможности для воспрепятствования проникновения в страну внешней информации постепенно стали использоваться на постоянной основе. Фильтрация внешней информации усилилась после ряда террористических актов, совершенных  в Ташкенте в 2004 г., ответственность за которые была возложена на исламистов но истинная подоплека которых осталась неизвестной. Еще больше она ужесточилась после бойни, учиненной войсками в 2005 г. в Андижане, когда были убиты сотни местных жителей, участников мирной акции протеста, а затем проведены показательные процессы, на которых у подсудимых были силой вырваны признания. После этих событий власти изгнали из страны почти всех независимых иностранных журналистов и с тех пор относились к Интернету даже с большим подозрением, чем раньше.

Хотя  в  2002 г. согласно постановлению N352 УзПАК формально утратил свою монополию на связь с международным Интернетом, более 80% интернет-провайдеров все еще выходят во внешний мир через УзПАК, являющийся для режима удобным инструментом контроля информации. Имеются также другие формы Госконтроля.

Каждый интернет-провайдер обязан получить лицензию Узбекского агентства по связи и информатизации (УАСИ), основной государственной структуры, регулирующей услуги связи. По приказу N 216 (2004 г.) провайдерам и операторам Интернета запрещено распространение некоторых видов информации. Контроль за выполнением этого приказа возложен на УзбекТелеком, государственную телекоммуникационную компанию.  При этом положения этого приказа могут трактоваться в самых широких пределах.

Контент Интернета и соответствие распространяемой информации Закону о СМИ контролируют также две других государственных структуры : Центр контроля за средствами массовой информации, созданный в рамках УАСИ (в 2004 г. по постановлению N 555 Кабинета министров) и Узбекское агентство по печати и информации (УзАПИ), уполномоченное приостанавливать лицензии.

Следует отметить, что такие ограничения могут быть применены к интернет-провайдерам, независимо от того, поступает ли информация, которую государство считает опасной, из-за границы или размещается на узбекском хосте. Короче говоря, в Узбекистане создана сложная, многоуровневая система государственного контроля контента Интернета. Эта система в сочетании жестокими и, зачастую беззаконными репрессиями,  включая аресты, лишение свободы, пытки и даже убийства без суда и следствия, предоставляет в целом прочные гарантии того, чтобы никакие антиправительственные материалы не были опубликованы в электронном виде.

Конечно, мощным цензором Интернета в Узбекистане также является бедность, вызванная просчетами в  руководстве экономикой страны. Повсеместное распространение коррупции, сосредоточение контроля над ключевыми экономическими механизмами в руках узкого круга представителей режима привели к упадку хозяйства страны. По индексу развития человеческого потенциала ООН в 2007/2008 г. Узбекистан занимает 113-е место из 177 стран. Соседний Казахстан, к примеру, находится по этому показателю на 73-м месте. При среднедушевом доходе населения ниже 120 долларов США в месяц (Всемирный банк, 2006 г.), немногие могут позволить себе пользоваться Интернетом. По некоторым оценкам, доступ к  Интернету имеют всего лишь 3% населения страны . Электронная информация любого рода просто не по карману подавляющему большинству жителей Узбекистана.

Главный цензор

В конечном счете, не постановления и не официальные приказы определяют высокую эффективность цензуры СМИ Узбекистана, включая цензуру Интернета. Главная государственная структура, на которую в числе прочих задач возложен контроль узбекского Интернета и о которой нельзя забывать, это - Служба национальной безопасности (СНБ), которая и вынуждает интернет-провайдеров и даже владельцев интернет-кафе подвергать самоцензуре информацию, которую они предоставляют потребителям. Некоторые из исследователей OpenNet Initiative, собиравших данные для доклада этой НПО за 2007 г. были арестованы при попытке проверить наличие фильтров информации в интернет-кафе.

Раньше, перед публикацией газетные статьи проходили в Узбекистане контроль в Государственном комитете по делам печати, или "Госкомпечати", пока  в 2002 г. этот рудимент советских времен не был с большой помпой ликвидирован. Тогда было заявлено о "прекращении  цензуры" в Узбекистане, но конечно, это было далеко от истины. Осуществление цензуры было возложено на "отделы контроля" СНБ. В случае пересечения одной из "красных линий" режима газеты и провайдеры Интернета рискуют в лучшем случае лишиться лицензии, а в худшем  - их подвергнут более серьезным репрессиям. В результате, самоцензура становится нормой.

Режим оправдывает свой строгий контроль СМИ, как электронных, так и традиционных, необходимостью обеспечения национальной безопасности. Однако, это больше похоже на запрет на разглашение невыгодной для режима информации, а не попытку решить проблемы обеспечения безопасности или борьбы с терроризмом. Согласно докладу OpenNet Initiative в число блокированных сайты вошло много политических сайтов и большое количество правозащитных сайтов как местного, так и регионального контекста. В целом, электронные публикации по политическим проблемам, которые показались властям антигосударственными или представляющими какую-либо опасность, подвергались жесткой фильтрации. Эти сайты действуют за пределами Узбекистана (www.ferghana.ru) потому, что сайты, находившиеся в стране уже были вынуждены закрыться (www.uznews.net).

В число сайтов, постоянно заблокированных в Узбекистане, также входят сайты  оппозиционных партий, вынужденных действовать в эмиграции, таких как Эрк (www.uzbekistanerk.org) и Бирлик (www.birlik.net). Они не представляют никакой угрозы государству. Режим просто не хочет, чтобы граждане Узбекистана получали информацию от политической оппозиции.

Точно так же информация о нарушениях прав человека и коррупции на самом верху не имеет ничего общего с обеспечением национальной безопасности, но имеет прямое отношение к выживанию режима. Очевидно, что с точки зрения представителей режима, легче принудить к молчанию тех, кто хотел бы открыто обсуждать его преступления, а не прекратить нарушения закона.

Подобострастное освещение СМИ президентских выборов 2007 г. снова стало ярким примером того, что в Узбекистане нет никаких различий между электронными и традиционными СМИ: в течение всей кампании не прозвучало ни одного слова оппозиции. Никто даже не посмел заикнуться , что второй срок полномочий Каримова истек за 11 месяцев до выборов и, что его неизбежный третий срок был неконституционным. Поступить таким образом стало бы самоубийством для редактора, комментатора или блоггера.

В докладе OpenNet Initiative за 2007 г. отмечается, что " среди стран СНГ в Узбекистане применяется наиболее жесткий режим  фильтрации и цензуры Интернета". Во всем мире, возможно только Северная Корея, Бирма и Китай еще жестче контролируют потоки он-лайновой информации извне. Репортеры без границ,  НПО, выступающая за обеспечение свободы печати, поместила все эти страны в свой ежегодный список "врагов Интернета", и не трудно понять, почему.

Subscribe to Crisis Group’s Email Updates

Receive the best source of conflict analysis right in your inbox.