icon caret Arrow Down Arrow Left Arrow Right Arrow Up Line Camera icon set icon set Ellipsis icon set Facebook Favorite Globe Hamburger List Mail Map Marker Map Microphone Minus PDF Play Print RSS Search Share Trash Crisiswatch Alerts and Trends Box - 1080/761 Copy Twitter Video Camera  copyview Whatsapp Youtube
Мир в Украине (II): Новый подход к разведению
Мир в Украине (II): Новый подход к разведению
A member of the Ukrainian State Border Guard Service seen at a checkpoint near the contact line between Ukrainian troops and pro-Moscow rebels, after the government tightened up measures to prevent the spread of COVID-19, in Mayorsk, Ukraine March 17,2020 REUTERS/Gleb Garanic
Report 260 / Europe & Central Asia

Мир в Украине (II): Новый подход к разведению

Прекращения огня на украинском Донбассе неоднократно срываются из-за того, что ни одна из сторон полностью не вкладывается в мир. До тех пор, пока стороны не смогут договориться о долгосрочном политическом решении, они должны сфокусироваться на защите гражданского населения путем секторальных разведений с четко определёнными целями. Если это способствует установлению мира, тем лучше. 

Что нового? Президент Украины Владимир Зеленский пришел к власти в 2019 году на обещаниях установить мир на украинском Донбассе, где продолжаются вялотекущие боевые действия между украинскими регулярными войсками и поддерживаемыми Россией сепаратистами. Однако полное и устойчивое прекращение огня остается труднодостижимым. Хотя по сравнению с пиком 2014-2015 годов число жертв сократилось, военные и гражданское население по-прежнему гибнут в результате боевых действий.

Почему это произошло? Каждая из воюющих сторон готова пойти на прекращение огня, но только в том случае, если оно приведет к миру на их условиях. Все стороны предпочитают продолжать боевые действия, нежели прекращать огонь на условиях, которые они считают неблагоприятными для себя.

Что необходимо сделать? В нынешнeй политической ситуации всеобъемлющее прекращение огня, скорее всего, недостижимо. В его отсутствие сторонам следует добиваться  двустороннего секторального разведения сил, преследующего четкие гуманитарные и сопутствующие цели, пока они пытаются достичь прочного политического урегулирования путем переговоров.

Краткое содержание

В июле 2019 года вступивший в должность президента Украины Владимир Зеленский пообещал прекратить войну в восточной части Донбасса, где правительственные войска и поддерживаемые Россией сепаратистские силы ведут затяжную окопную войну. По словам Зеленского, в качестве первого шага «надо просто прекратить стрелять». Тем не менее, несмотря на ряд инициатив на высоком уровне в области безопасности и дипломатии, количество жертв сократилось незначительно. Перемирия, о самом последнем из которых было объявлено в конце июля, терпят неудачу во многом потому, что стороны расходятся в своих представлениях о будущем Донбасса и опасаются, что прекращение боевых действий закрепит предпочтительные для противника результаты. Преодоление этих разногласий потребует времени и компромиссов.  В то же время сторонам следует договориться о локальных разведениях сил в разных точках линии соприкосновения, что поможет ограничить число погибших и улучшить гуманитарную обстановку. Если эта мера будет также способствовать политическому урегулированию, тем лучше.

Одним из самых больших препятствий на пути к установлению мира в восточной Украине является принципиально разное толкование противоборствующими сторонами Минских соглашений 2014-2015 годов, которые призваны стать опорой для прекращения военных действий и воссоединения Донбасса. Подписанные в то время, когда российские регулярные силы продолжали наносить сокрушительные удары по украинским войскам, соглашения призывают к немедленному прекращению огня и, в конечном счете, к реинтеграции находящихся под контролем поддерживаемых Москвой сепаратистов частей Донбасса в украинское государство, в соответствии со специальным статусом, предоставляющим им частичную автономию. «Вкрапляя» дружественные России анклавы в систему государственного устройства Украины, Москва, вероятно, надеется получить дальнейшие рычаги влияния на ее внешнюю и внутреннюю политику.

Однако соглашения вызвали резко негативную реакцию внутри самой Украины, неоднозначные отклики в ее западных сторонников и тихое сопротивление со стороны российских партнеров в сепаратистских регионах.  Хорошо организованные киевские активисты возмущены явным влиянием Москвы при разработке второго Минского соглашения и тем, что она не торопится заставлять своих ставленников выполнять условия соглашений. Некоторые также видят в минских механизмах попытку дальнейшего втягивания Украины в орбиту Москвы, в то время как они предпочли бы большую ориентацию на Евросоюз.  От западных сторонников Киева поступают смешанные сигналы, при этом Германия и Франция, похоже, стремятся к компромиссу в интересах достижения сделки - а США, как кажется, видят своеобразный плюс в нестабильном статус-кво, создающем головную боль для Москвы. Представители сепаратистских прокси России на словах придерживаются принципов минского процесса, но не скрывают своего презрения к Киеву и желания интегрироваться в Россию.

Пробираясь через это политическое минное поле, президент Украины Зеленский большую часть своего первого года у власти прилагал всяческие усилия, чтобы ослабить напряженность и работать в направлении реинтеграции. Но после определенных первоначальных успехов - включая договоренность о новых, жестких условиях прекращения огня и разведении сил в луганском городе Станица Луганская - процесс стал буксовать. Октябрьское заявление Зеленского о том, что стороны согласовали предложение 2016 года (выдвинутое тогдашним министром иностранных дел Германии Франком-Вальтером Штайнмайером), которое могло бы еще немного приблизить их к реинтеграции, спровоцировало уличные протесты. Этот всплеск активизма фактически смешал только что объявленные планы Киева в ближайшем будущем добиваться  разведения сил вдоль всей линии соприкосновения, вместо чего стороны теперь пытаются определить три новые отдельные зоны разведения - пока без особого успеха.

В то время как во многом несопоставимые взгляды на политические компоненты «Минска»  в значительной степени усугубляют проблемы Киева, существуют и другие частично перекрывающие друг друга факторы. Двусторонние соглашения о прекращении огня и схемы разведения, как правило, требуют от каждой из сторон принятия зеркальных мер.  Этот принцип взаимности является проблемой для некоторых украинцев, которые совершенно четко понимают, что их противники используют данные механизмы для установления своего рода знака равенства между Киевом и этими квазигосударственными образованиями; их возмущает сама мысль о том, что они должны отводить войска с линии фронта, которая проходит через их собственную страну. Украинские военные также утверждают, что не в полной мере верят в способности ОБСЕ контролировать соблюдение Россией и сепаратистами условий разведения. Наконец, многие в военных и иных кругах также хотят сохранить те скромные территориальные завоевания, которых смогла добиться Украина в последние годы, и оспаривают утверждения ОБСЕ и других сторон о том, что продвижение Украины ставит под угрозу гражданское население, которое может попасть под перекрестный огонь.

В то же время хотя полный вывод войск с линии фронта уже не представляется возможным, по крайней мере, в настоящее время, у более скромной стратегии ограниченного секторального разведения в увязке с гуманитарными задачами есть определенный потенциал - и она может расчистить путь к более широкому разведению и более полному и устойчивому перемирию в будущем. Идея заключается в том, чтобы стороны договорились о выведении войск из населенных районов и вблизи основных объектов гражданской инфраструктуры, с целью защиты последних при одновременном улучшении свободы передвижения и гуманитарного доступа для местного населения. Некоторые представители украинских силовых структур заявили о  потенциальной поддержке такого подхода.

Кризис пандемии COVID-19 и сопутствующий ему экономический спад создают важный стимул для продвижения этих мер, поскольку разведение в непосредственной близости от основных транспортных маршрутов и коммунальных служб позволит сторонам более эффективно удовлетворять нужды здравоохранения и экономики. Подход с гуманитарным акцентом может облегчить Киеву нейтрализацию сопротивления со стороны скептиков в Украине. Со своей стороны, у Москвы, которая, согласно ее заявлениям, больше всего печется об интересах местного населения, есть все основания для того, чтобы пойти навстречу этим инициативам. Первостепенное внимание должно быть уделено потенциальным коридорам для передвижения людей в Луганской области, где гражданское население в настоящее время может пересекать линию фронта пешком и только в одном пункте, который и так еле справляется со своими задачами, и Донецкой фильтровальной станции, служащей единственным источником питьевой воды для 345 000 гражданских лиц и работающей с постоянными перебоями в результате обстрелов.

Осуществление таких ориентированных на человека разведений не нуждается в особых технических или логистических знаниях, которыми стороны пока не обладают. Тем не менее, оно потребует от них отделения задачи разведения от их долгосрочных политических целей. Предыдущие усилия в этой области терпели неудачу, поскольку стороны пытались либо использовать минский процесс, либо тормозить его, исходя из более широких задач. Важно, чтобы разведение преследовало цель спасения и улучшения человеческих жизней, даже в то время как стороны пытаются найти долгосрочное политическое решение конфликта в Донбассе.

Киев/Москва/Брюссель, 3 августа 2020