You must enable JavaScript to view this site.
This site uses cookies. By continuing to browse the site you are agreeing to our use of cookies. Review our legal notice and privacy policy for more details.
Close
Homepage > Regions / Countries > Middle East & North Africa > Iraq, Iran & the Gulf > Bahrain > Popular Protest in North Africa and the Middle East (VIII): Bahrain’s Rocky Road to Reform

Массовые народные протесты в Cеверной Aфрике и на Ближнем Востоке (VIII): тернистый путь Бахрейна к реформам

Middle East Report N°111 28 Jul 2011

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ И РЕКОМЕНДАЦИИ

Бахрейн, после завершениия периода массовых беспорядков, стоит перед нелегким выбором: непреходящая нестабильность или медленное, но настойчивое движение в сторону политических реформ. Наиболее разумный шаг в этом направлении – начать с чистого листа, инициировать искренний диалог, в рамках которого была бы объективно представлена политическая оппозиция, и целью которого стали бы изменения, ведущие к установлению конституционной монархии. Для создания условий успеха таких переговоров, режим должен предпринять безотлагательные меры по урегулированию кризиса в области прав человека, включающие освобождение политических лидеров, лишенных свободы за мирное выражение своих взглядов, и урегулирование вызывающей серьезное беспокойство поляризации межконфессиональных отношений.

В феврале - марте 2011 г. в Бахрейне были жестоко подавлены мирные массовые акции протеста. Итоги происшедшего вызывают обеспокоенность. Погибло свыше 30 человек, главным образом участники демонстраций или случайные прохожие. Видные лидеры оппозиции приговорены к длительным срокам лишения свободы, восемь из них - к пожизненному заключению. Сотни людей оказались за решеткой, многие подвергаются пыткам. По меньшей мере, четыре человека погибли во время следствия. Подсудимые, в том числе медициские работники, предстают перед специальными трибуналами, в которых не соблюдается даже подобие законности. Пострадало или было разрушено свыше 40 шиитских мечетей и других религиозных зданий. Главная независимая газета страны превращена в «рупор режима». В отношении участников акции протеста развернута кампания "охоты на ведьм". Им угрожает увольнение или санкции за нарушение «присяги в благонадежности». Экономике страны был нанесен серьезный ущерб, парламент остался без оппозиции. Список не исчерпывается вышеперечисленным. Но, возможно, самым негативным фактором, c точки зрения долговременной перспективы, стало то, что акты насилия еще больше поляризовали общество, уже расколотое по межконфессиональным линиям, и обратило в прах надежды на проведение политических реформ, заронив серьезные сомнения в стабильности островного государства.

Режим – суннитская монархия, возглавляемая семьей короля Исы бен Сулейман аль-Халифа - прибег к псевдолегальному обоснованию развязанных репрессий, приняв "закон о национальной безопасности". Этим чрезвычайным законодательством допускались некоторые из вышеупомянутых нарушений прав человека. Он также обратился за помощью к соседним странам –членам Совета по сотрудничеству стран Персидского залива (ССАГПЗ). Это было сделано, как утверждалось, для предотвращения победы "пособников Ирана", к которым режим причисляет свое собственное шиитское население.

В момент нарастания кризиса во второй половине февраля и первой половине марта, внутри противостоящих лагерей развернулись два параллельных конфликта. Реформаторски настроенный наследный принц рискнул своим политическим будущем для установления контактов с прагматическим сегментом оппозиции (главным образом, шиитской). Это возмутило "ястребов" режима, включая семидесятилетнего дядю короля, занимающего должность назначаемого премьер-министра страны (ему принадлежит мировой рекорд пребывания на таком посту). В свою очередь, на неофициальные, полусекретные переговоры с наследным принцем пошло самое многочисленное зарегистрированное оппозиционное движение "Аль-Вифак". Отважившись на такой шаг, движение пошло на существенный риск: потерять поддержку населения, включая многих митингующих, собравшихся в Манаме на центральной Жемчужной площади.

Хотя в первые дни восстания демонстранты в основном призывали к проведению политических реформ, целью которых был переход к конституционной монархии, постепенно участники акций протеста стали выдвигать более радикальные требования замены существующего режима и учреждения демократической республики. Акции протеста в поддержку этого требования распостранились по всей столице. Почувствовав угрозу, режим начал закручивать гайки. Таким образом был положен конец разговорам о диалоге и реформах, и позиции главных участников диалога были значительно ослаблены. У наследного принца Салмана бин Хамад аль-Халифа, по-видимому, практически не осталось союзников в королевской семье, по крайней мере, в настоящее время. В свою очередь, движение "Аль-Вифак" находится в крайне непростой ситуации: ему необходимо сохранить поддержку населения в условиях продолжающихся репрессий и ареста лидеров оппозиции.

Под давлением со стороны западных союзников, главным образом, США и Великобритании, и пытаясь оправиться от удара, нанесенного экономике страны, 1 июня король Иса бен Сулейман аль-Халифа отменил закон о чрезвычайном положении, согласился на независимое международное расследование февральских и мартовских событий и распорядился провести "диалог по достижению национального консенсуса", который начался 5 июля. Хотя, на первый взгляд, отмена чрезвычайного положения и начало национального диалога являются позитивными событиями, существуют серьезные основания полагать, что они вызваны не серьезной переменой отношения режима к своим согражданам, но направлены на успокоение западных союзников Бахрейна.

Репрессии полностью не прекратились, несмотря на то, что их интенсивность несколько уменьшилась, и самые вопиющие нарушения прав человека - приговоры к длительным срокам лишения свободы за политические преступления, увольнения с работы за участие в мирных акциях протеста, разрушение мечетей - продолжаются. На территории Бахрейна остаются иностранные войска, и вполне вероятно, что некоторое военное присутствие ССАГПЗ сохранится в течение длительного времени. Что же касается "Диалога по достижению национального консенсуса", то его целью, по-видимому, не является достижение консенсуса в рамках репрезентативной группы, отражающей структуру общества или организация искреннего диалога между оппонентами; до сих пор он остается упражнением по имитации деятельности. Единственное позитивное событие, которое может повлиять на исправление курса, это создание независимой комиссии, возглавляемой экспертом ООН по военным преступлениям Черифом Бассиуни. Но она, скорее всего, завершит свою работу не ранее конца октября.

Есть причины опасаться того, что Бахрейн окажется в длительном политическом тупике, характеризующемся присутствием значительных сил безопасности, пользуюшихся поддержкой иностранных войск, и спорадическими акциями протеста, возникающими при любой возможности. Последствия этого могут оказаться очень тяжелыми. Раскол между суннитами и шиитами стал глубже, чем когда-либо; у многих шиитов есть арестованные или погибшие родственники и знакомые. Притесняя шиитов в целом, режим укрепляет межконфессиональные барьеры. Перекрывая все пути к участию в политической деятельности и преследуя представителей даже умеренной оппозиции, таких как "Аль-Вифак", он закладывает основы для потенциального будущего восстания. В такой напряженной обстановке любая новая провокация или акт насилия могут спровоцировать взрыв. К сожалению именно к этому, по-видимому, готовятся противники компромисса как в шиитской, так и в суннитской общинах, а также представители режима.

Дальнейшие репрессии и акты насилия не позволят найти решение этого сложного политического ребуса или разрядить взрывоопасную ситуацию. Более приемлемым вариантом представляется поиск путей диалога и межобщинного примирения, ведущий к установлению конституционной монархии, рассматривающей подданных как граждан, имеющих полные политические права. В качестве первого шага режим должен предпринять ряд мер по укреплению доверия, включая освобождение арестованных за участие в мирных акциях протеста, прекращение стигматизации шиитской общины и отказ от практики разрушения и повреждения шиитских мечетей и молитвенных зданий.

В отсутствие многовекторного давления режим, пользующийся поддержкой Саудовской Аравии и других государств ССАГПЗ, добровольно не пойдет на такие шаги. Однако определенное давление, скорее всего, будет иметь место, в независимости от пожеланий правительства. К примеру, режим отдает себе отчет в понесенном экономическом ущербе: сокращение инвестиций, падения доходов бизнеса, рассмотрения банками возможности переноса операций, отмена значимых мероприятий, таких как ежегодный Гран-при Формулы-1. Однако, для наступления перемен одного экономического давления недостаточно, поскольку режим, по-видимому, надеется, что сможет преодолеть экономический кризис, при условии, что цены на нефть останутся высокими, а Саудовская Аравия продолжит оказывать финансовую поддержку.

Если королевская семья проявит непреклонность, то она также, по всей вероятности, подвергнется определенному давлению в форме дальнейших акций протеста со стороны тех, кто подвергается дискриминации в экономическом отношении и ущемлен в политических правах: главным образом, представителей шиитского большинства населения. Такие действия могут оказаться эффективными, но только, если лидерам оппозиции удастся убедить своих сторонников и других протестующих ограничиться мирными средствами.

Наконец, ведущую роль должны сыграть западные государства и, в первую очередь, США. Вашингтон, обладающий коллосальными активами и имеющий важнейшие стратегические интересы в странах Персидского залива, включая Бахрейн, должен активизировать свои усилия, согласовав их с влиятельными союзниками, такими как Великобритания, и убедить режим "отпустить поводья" и провести содержательные реформы. В случае уклонения режима от вышеописанных шагов и отказа семьи аль-Халифа прислушаться к просьбам Вашингтона, США должны быть готовы к более жестким действиям, включая сокращение военной помощи. Со своей стороны оппозиции нужно заверить королевскую семью и суннитскую общину, которая в значительной степени поддерживает режим, что она стремится к расширению политических прав, а не к свержению монархии, и что она принимает уступки, предложенные наследным принцем в середине марта, как отправную точку для переговоров.

РЕКОМЕНДАЦИИ

Правительству Бахрейна:

1. Создать условия для прямого диалога, ведущего к содержательным политическим реформам, включая:

a) освобождение всех находящихся в заключении за мирное выражение своих взглядов, включая осужденных, и, в первую очередь, лидеров оппозиции;

b) прекращение всех судебных процессов специальных трибуналов и повторное слушание в обычных уголовных судах тех дел, по которым такими трибуналами были вынесены приговоры;

c) прекращение разрушения шиитских мечетей на любых основаниях и выдача лицензий, определяющих нормы и правила их строительства; и

d) восстановление на работе уволенных за участие в мирных акциях протеста, за отсутствие на рабочем месте во время пика кризиса или по другим причинам, связанным с мартовскими и февральскими событиями.

2. Начать искренний диалог с оппозицией, включающий представителей самых широких слоев населения, в котором должны принять участие лидеры (включая и тех, кто в настоящее время находится в заключении) всех политических групп, как зарегистрированных, так и не прошедших регистрацию, в целях достижения соглашения по содержательным политическим реформам, основываясь на семи пунктах, согласованных с наследным принцем 13 марта.

3. Публично дистанцироваться от разжигания межконфессиональной розни, запретить правительственным чиновникам и государственным телеканалам прибегать к риторике, призывающей к разжиганию межконфессиональной розни и активно убеждать граждан воздержаться от использования такой риторики.

4. Отказаться от дискриминации по конфессиональному признаку при наеме на работу в государственные структуры, включая службу безопасности, армию и Национальную гвардию, а также при назначении на дипломатические и правительственные посты.

5. Обеспечить полный доступ комиссии Бассиуни, своевременно обнародовать результаты ее деятельности и осуществить ее рекомендации.

6. Привлечь к ответственности сотрудников сил безопасности, совершивших правонарушения, или иным образом нарушивших права человека во время подавления акций протеста.

Оппозиционным группировкам Бахрейна:

7. Проводить акции протеста без применения насилия и воздерживаться от подстрекательской риторики.

8. Участвовать в диалоге (при условии, что он является искренним) с режимом и нешиитскими политическими объединениями, такими как Собрание национального единства, в целях достижения соглашения по содержательным политическим реформам.

9. Дать понять, что оппозиция стремится к расширению политических прав, а не свержению монархии, и принять в качестве отправной точки на переговорах уступки, предложенные наследным принцем в середине марта.

Активистам молодежных организаций:

10. Проводить акции протеста без применения насилия и воздерживаться от подстрекательской риторики.

Государствам-членам Совета по сотрудничеству стран Персидского залива:

11. В максимально короткие сроки вывести войска, развернутые в Бахрейне, и до вывода войск воздерживаться от их использования для охраны правопорядка в стране.

12. Настаивать, чтобы Бахрейн придерживался международных стандартов в области прав и свобод человека.

13. Воздерживаться от риторики, способствующей разжиганию межконфессиональной розни.

США и другим западным правительствам:

14. Оказать давление на Бахрейн с целью соблюдения последним международных правозащитных норм и публично осудить правительство за допущенные нарушения, включая (но не ограничиваясь) необоснованные аресты, заключение с лишением права переписки и общения, пытки, неправомерное применение силы и подавление свободы слова и собраний.

15. Оказать давление на Бахрейн, с целью безоговорочного освобождения всех задержанных исключительно за участие в продемократических и антиправительственных акциях протеста, при отсутствии доказательств возможного совершения ими уголовных преступлений.

16. Настаивать на том, чтобы правительство и оппозиция приняли участие в прямом и искреннем диалоге в целях достижения соглашения по содержательным реформам на платформе конституционной монархии.

17. Приостановить помощь в области безопасности, включая поставку военного и полицейского снаряжения, пока режим не прекратит нарушения прав человека и не предпримет искренних шагов к организации содержательного политического диалога.

Правительству Ирана:

18. Публично дистанцироваться от разжигания межконфессиональной розни и запретить правительственным чиновникам и государственным телеканалам прибегать к риторике, способствующей разжиганию межконфессиональной розни.

Манама/Вашингтон/Брюссель, 28 июля 2011 г.



More Information