icon caret Arrow Down Arrow Left Arrow Right Arrow Up Line Camera icon set icon set Ellipsis icon set Facebook Favorite Globe Hamburger List Mail Map Marker Map Microphone Minus PDF Play Print RSS Search Share Trash Crisiswatch Alerts and Trends Box - 1080/761 Copy Twitter Video Camera  copyview Whatsapp Youtube
Nigeria: Livestock reform is key to solving farmer-herder conflict
Nigeria: Livestock reform is key to solving farmer-herder conflict
Report 233 / Europe & Central Asia

Бремя воды для Средней Азии

Краткое Содержание

Вода давно является основной причиной конфликта в Средней Азии. Две страны – Кыргызстан и Таджикистан – имеют ее в избытке; остальные утверждают, что они не получают свою долю от крупных рек Сырдарьи и Амударьи, которые пересекают регион, беря начало в Тянь-Шане, Памире и Гиндукуше и спускаются к тому, что осталосьот Аральского моря. Давление нарастает, особенно в Кыргызстане, Таджикистане и Узбекистане. С 2000 года население Средней Азии увеличилось почти на десять миллионов, при этом ограниченные пахотные земли истощаются в результате чрезмерного использования и устаревших методов ведения сельского хозяйства. Обширная коррупция и слабо развитая инфраструктура наносят дополнительный урон, в то время как изменение климата, вероятно, будет иметь долгосрочные негативные последствия. Поскольку экономики стран слабеют, государства становятся более неустойчивыми, возросший национализм, приграничные споры и напряженные отношения в регионе осложняют поиск взаимоприемлемого решения в обеспечении потребностей региона в воде. Необходимо срочно найти новый подход к решению проблем воды и связанных с этим вопросов, путем заключения серии взаимосвязанных и более умеренных отдельных двусторонних соглашений, а не гнаться за химерой единого всеобъемлющего документа.

Корень проблемы – в дезынтеграции системы совместного использования ресурсов, навязываемой Советским Союзом региону вплоть до его распада в 1991 году. Кыргызстан и Таджикистан предоставляли воду Казахстану, Туркменистану и Узбекистану летом и получали от них уголь, газ и электричество зимой. Система рухнула к концу 1990-х годов, а множество двусторонних и региональных соглашений и резолюций, заключенных в этом десятилетии не смогли ее восстановить. Проблемы, обозначенные Кризисной группой в 2002 году, – такие как неполноценная инфраструктура, неэффективное управлении водными ресурсами и устаревшие методы ирригации, – остались нерешенными, в то время как ситуация в области безопасности становится все острее.

Региональные лидеры, похоже, не стремятся к сотрудничеству ни по одному из этих важных вопросов. Растет недоверие между странами, напрямую затронутыми проблемой – Кыргызстаном, Таджикистаном и Узбекистаном. Личные отношения между президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном и президентом Узбекистана Исламом Каримовым остаются холодными на протяжении многих лет, Каримов и его министры все чаще склонны делать воинственные заявления. Международные партнеры, в том числе Россия, Европейский Союз (ЕС) и США, говорят, что они мало что могут сделать, если страны остаются зацикленными на узком толковании национальных интересов. Разногласия по гидроэнергетическим проектам в верховья рек для их разрешения требуют интенсивной работы на высоком уровне. Хотя некоторые локальные усилия по решению проблем водоснабжения – как правило, с помощью доноров – были эффективными, коррупция сорвала наиболее амбициозные из них. Тем не менее, неспособность правительств Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана модернизировать сферы, завязанные на водоснабжении, такие как энергетика и сельское хозяйство, увеличивает их взаимозависимость.

При всей своей сложности проблема воды, вероятно, является единственной имеющей некоторые перспективы разрешения. Как заметил швейцарский специалист по водным вопросам: “Вода может быть причиной конфликта, но она также может быть и фактором мира”. Это объективная проблема, поэтому справедливое распределение и сопутствующий обмен энергоресурсами могут дать ощутимую выгоду для всех. Исключение фактора воды из списка более труднорешаемых проблем границ и анклавов может смягчить конфликты и, возможно, даже помочь их разрешению. Таким образом, улучшение состояния инфраструктуры водоснабжения и проекты по управлению могут иметь решающее значение для построения мира и политической стабильности, а также содействовать развитию и экономическому росту.

Попытки комплексных региональных решений, провалились из-за взаимного недоверия. Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан (и их международные сторонники) должны действовать в приграничных районах Ферганской долины сейчас, чтобы покончить с ежегодным циклом конкуренции и конфликтов вокруг воды. Делать это необходимо путем раскладывания общей проблемы воды на более легко разрешаемые вопросы: искать постепенное, пошаговое решение по концептуальным и географическим линиям, а не включать все в один пакет по урегулированию проблемы ресурсов. Если Узбекистан не будет участвовать, то Кыргызстан и Таджикистан должны работать в двустороннем порядке. Между тем, посредничество на высоком уровне должно способствовать поиску решений, учитывая возражения Узбекистана по гидроэнергетическим проектам в верховьях рек.

Нет никакой гарантии, что это будет эффективным, но может дать возможность этим трем государствам модернизировать инфраструктуру и систему управления водными ресурсами, а также обучить новое поколение технических специалистов. Соглашения также создали бы небольшой прецедент для других сфер, в которых сотрудничество крайне необходимо и могут помочь разрядить напряженность в регионе, а также улучшить тяжелые условия жизни большинства населения региона.

Бишкек/Брюссель, 11 Сентябрь 2014

Op-Ed / Africa

Nigeria: Livestock reform is key to solving farmer-herder conflict

Originally published in The Africa Report

Land disputes between nomadic herders and sedentary farmers occurred sporadically in Nigeria’s past, and relations between the two groups were largely amicable.

However, in recent years, violence between herders and farmers has alarmingly grown, spreading from the north to the central and southern states.

Violence between the two groups has claimed more lives than the Boko Haram jihadist insurgency in the north-east, disrupting rural communities and threatening Nigeria’s stability and food security.

The combination of environmental degradation and violence (attributable to climate change, high population growth, Boko Haram insurgency and armed criminal activity such as cattle rustling) has pushed herders from the north of the country southward in search of pasture and water, resulting in almost daily clashes with farming communities. The intensity of the violence varies from region to region, but so far, Nigeria’s north-west and north-central zones have been hit hardest.

Nigerian authorities responded by deploying security forces to the affected areas but later realised that a military response was insufficient to deal with the main cause of herder-farmer conflict: competition over land and water.

In 2019, following a surge in violent incidents the previous year, they adopted an ambitious, 10-year National Livestock Transformation Plan (NLTP) that aims to alter these deadly patterns.

In a nutshell, the plan encourages pastoralists to switch to ranching and other sedentary livestock production systems. By the end of 2028, authorities expect to have at least 119 ranches operating across several states, with the hope that more mechanised forms of livestock production will bolster the sector’s productivity.

Abuja projects that the planned establishment of ranches, alongside the resuscitation of long-neglected public grazing reserves, will create over two million jobs, mostly in the meat, dairy processing and marketing chains.

The federal government has committed to funding 80% of proposals submitted by participating states, while state governments and private investors are to provide the remaining 20%. Donors are also prepared to help.

The new plan was not Nigeria’s first attempt at developing a strategy to reduce competition for resources among herders and farmers, but it is the country’s most comprehensive livestock reform bid to date.

The new plan was not Nigeria’s first attempt at developing a strategy to reduce competition for resources among herders and farmers, but it is the country’s most comprehensive livestock reform bid to date. Many state governments, especially in the north, welcome the move with enthusiasm, and some have already demarcated grazing reserves or applied for funding from the federal government to set up ranches.

Misperceptions and misgivings

However, implementation has been slow. Two years after the launch of the NLTP, the first ranch is yet to be put up. A major obstacle is widespread distrust of the plan among herders and farmers.

Doubtful of the viability of ranches and grazing reserves, many herders are lukewarm about supporting the plan.

Doubtful of the viability of ranches and grazing reserves, many herders are lukewarm about supporting the plan. Leaders of some herders’ groups complain that 10 years is too short for pastoralists to adopt a sedentary lifestyle, which will have far-reaching cultural and social changes from nomadic communities. They also have legitimate doubts about sufficiency of the pasture that is to be made available in grazing reserves.

Additionally, farmers worry that they may be forced to hand over their land to livestock producers. Others are concerned that the reforms will unduly favour the nomadic Fulani community – fears partly attributable to the fact that President Muhammadu Buhari is a Fulani.

Lack of funding (compounded by the economic fallout from the Covid-19 pandemic) as well as a dearth of technical experts and competent ranching staff has further thwarted progress.

Meeting the challenge

Nigerian authorities should work with donors and private sector partners to urgently address these and other challenges. Despite the government’s acknowledgement of the need for long-term solutions to promote peaceful coexistence between herders and farmers, only preliminary steps have been taken to implement the NLTP.

Abuja and supportive state governments should display stronger political backing for the new plan, improve public communication and win the support of herders and farmers by assuaging their concerns and dispelling misperceptions about NLTP’s purpose.

Furthermore, federal and state governments should engage with donors and investors to ease funding shortfalls. They should also increase efforts to build up expertise and train people on how to manage ranches and grazing reserves.

Reducing criminal violence, especially in the north-west and north-central zones, should be an urgent priority for the government.

A major concern is the proliferation of deadly criminal gangs and other armed groups that are cutting off access to grazing reserves and scaring away potential investors. Reducing criminal violence, especially in the north-west and north-central zones, should be an urgent priority for the government.

Authorities will also need to address two striking gaps. First, it does not mention how Nigeria intends to deal with foreign transhumant migrants or cattle herders from neighbouring countries who move their herds across borders as seasons change. Second, it does not adequately consider the potential impact of climate change on the livestock sector and ranching.

Less than two years from now, Nigeria will hold general elections: Buhari and many state governors are ineligible to compete, having served the maximum number of terms.

If the plan is to survive the change of government, the Buhari administration must deliver concrete, visible results that can win over both herders and farmers, such as new ranches or functional grazing reserves.

They should accommodate this effort, and partners should support them by offering resources to help them succeed. The plan is far from perfect, but it offers the best chance to modernise Nigeria’s inefficient livestock sector and quell the herder-farmer conflict that undermines the stability of Africa’s most populous country.

Contributors

Interim Vice President & Program Director, Africa
EroComfort
Senior Adviser, Nigeria
NnamdiObasi